Степан Сулакшин: «Должен спасти Россию!»

Степан Сулакшин: «Должен спасти Россию!»

Представляем интервью председателя Партии нового типа, д.полит.н., д.физ.-мат.н. проф. С.С.Сулакшина. Беседовал Федор Владимирович Марьясов — журналист, экологический активист(Красноярск).

В начале октября, будучи проездом в Москве, мне удалось побеседовать с крайне интересным и неординарным человеком, который долгое время на фоне федерального депутатского корпуса выглядел эдакой белой вороной. Этот человек прекрасно осведомлён о том, как устроена изнутри людоедская система жизнеустройства в современной России. Многие годы он с методичностью учёного препарирует эту систему, пытаясь найти противоядие от приближающегося краха. Потенциальный кандидат в президенты России Степан Степанович Сулакшин поделился своими взглядами на происходящее и о том, какой он видит нашу страну в будущем.

— Степан Степанович, ваше имя лично мне известно достаточно давно. Будучи на заре перестройки студентом Томского политеха, я принимал участие в вашей избирательной кампании, когда вы, выбыв на первом круге, смогли в итоге одержать победу над кандидатами, которых продвигали власти. Помню, как ликовали студенты, которым удалось победить систему и её номенклатуру. Тогда ваш успех рассматривался как триумф истинной демократии. Многим казалось, что наконец-то начинается новая, замечательная жизнь, открывающая перед каждым большие горизонты и возможности. С интересом наблюдаю за вами с тех самых пор. Как сейчас вы оцениваете то смутное время и свою удивительную победу?

— Тот период времени был невероятно интересным, невероятно искренним, романтичным и очень поучительным. Мы все получили хорошие уроки. И эти уроки очень важны, поскольку история нашей страны вышла сейчас в точно такую же точку, но на новом витке. Опять мы все проходим испытание негодной системой и недееспособным руководством. Опять разочарование, невзгоды и снижение уровня жизни населения. Массовая нарастающая волна недовольства. Тогда, на заре перестройки, мы были правы, когда видели причины проблем в безответственной и преступной номенклатуре, повязанной привилегиями и хорошо устроившейся под крылом тогдашней партии власти. В итоге она страну и развалила.

— Но вы же лично тогда победили на выборах, и по всей стране на волне перестройки в представительные институты власти стали прорываться новые люди, не повязанные системой. В результате не только ничего не изменилось, но стало хуже. СССР был второй супердержавой мира, и он рухнул, погребя под своими обломками целый мир и надежды человечества на справедливое жизнеустройство. Что пошло не так?

— Мы были профессионально не готовы. Многого не понимали и не знали, как устроена сложнейшая система «государство-общество». Мы оказались не в состоянии увидеть и распознать губительный для нашего общества процесс: как на внутреннюю союзную жизнь была перенесена холодная война с нашей страной. Война, которую вели профессионалы высочайшего уровня. А мы, большинство, были в этом плане неофитами, дилетантами и мало чего понимали. Поэтому, сразу после смены власти, за спинами у Ельцина и его министров неожиданно оказались кадровые сотрудники ЦРУ. И это я говорю без какого-либо преувеличения. Даже многие фамилии уже известны. Кстати, недавно Путин вспоминал об одном таком полковнике ЦРУ, якобы, стоявшим за спиной Чубайса. Только почему-то наш президент не продолжил и не сказал, что это была государственная измена и давно следовало бы взять господина Чубайса и его подельников за одно место. Но всё шито-крыто.

— Можете сформулировать свой главный вывод из произошедшего?

— Этот вывод очень прост. Хорошим человеком быть недостаточно. Претендуя на власть, предлагая народу и стране перемены и реформы, надо чётко и профессионально представлять, что ты собираешься делать конкретно. Например, что делать с Центральным банком. Или что делать с конституцией, в которую заложены мины, которые взорвались и программируют гибель нашей страны. Что делать с финансами, экономикой, инвестициями, федерализмом, бюджетом, избирательной системой, партийной системой, внешней политикой. Что делать с правосудием, которое уже превратилось в кривосудие. Как предотвратить тотальную деградацию страны, в чём её причины — всё это надо знать и понимать.

— Вы считаете, что уже основательно разобрались со всеми этими вопросами?

— Последние 28 лет я занимался тем, что наполнял шкафы в своём кабинете. Это не журналистика и не публицистика. Это глубокие научные исследования о том, как устроен наш мир, общество и человеческая жизнь.

Как обустроить сложную социальную систему, чтобы она могла добиться максимальной успешности в своём развитии. Кстати, вот простой вопрос на засыпку: а что понимать под успешностью Страны? Например, Путин нам впаривает, что успешность России — это её конкурентоспособность на мировом рынке. Как будто страна на каком-то базаре чем-то торгует и пытается конкурировать со своими соседями. Это же глупость. На самом деле, успешность страны заключается в счастье и благополучии её граждан. Когда в эту страну стучатся и просятся: «Пустите нас сюда. У вас так хорошо и счастливо людям жить». А если ты больше всех торгуешь нефтью и газом, лучше всех строишь ракетные двигатели, танки, боевые самолёты и атомные станции и продаёшь их по всему миру, но при этом люди бегут из твоей страны — разве это успешность?

— Ну и как же сделать Россию успешной, обратно в совок?

— Никаких обратно — только вперёд. На основе приобретённого опыта и научных знаний, оставляя в прошлом свои ошибки и забирая только лучшее. В результате глубокого осмысления нами был разработан новый проект Конституции России, который позволяет построить страну, в которой желает жить большинство нормальных людей. В первую очередь, это нравственное общество. Созданное на основе государственной справедливости и общественного труда как антитезе паразитизма элиты и её рентного существования. Мы хотим вернуть России русскую культурную и цивилизационную самоидентичность. Хватит пытаться натягивать на нашу страну всякие уродливые жилетки из западных гардеробов.

— Степан Степанович, у вас какое образование?

— Я окончил радиофизический факультет Томского государственного университета. Но, как показала жизнь, главное образование получаешь после окончания университета. Моё главное образование состоялось в оборонозначимой физике. В институте ядерной физики, институте сильноточной электроники Томского научного центра. Защищался у академика Геннадия Андреевича Месяца. Заведовал лабораторией в конце 1980-х годов, где мы моделировали крупномасштабные космические системы в интересах Министерства обороны. Работал с Арзамасом-16. В дальнейшем, когда я уже ушёл в политику и социологию, эти знания мне здорово пригодились.

— Учёные степень, звания?..

— Доктор физико-математических наук, доктор политических наук (это вторая часть моего образования по жизни), профессор. Всё по-честному. 24 изобретения, десятки монографий, сотни научных работ.

— У вас получается полный комплект для системного мышления в вопросах управления социальными суперсистемами.

— Так уж сложилась моя жизнь, что постепенно сформировалось, действительно, уникальное сочетание знаний. Школа точной и естественной науки, которая заставляет мыслить строго, системно, использовать критерии истины, осуществлять верификацию результатов. И школа социально-гуманитарных наук, предметов и методов. И эти знания я соединяю.

Не только в своей голове, но и проводил даже всероссийскую конференцию по проблеме объединения точных и естественных наук и гуманитарных, социальных. У каждого научного направления есть свои преимущества и сильные стороны. Но их сплав открывает новые возможности. Особенно это становится существенным в сфере большой политики и государственного управления, где сегодня в результате непрофессионализма, болтовни и безответственности окончательно потеряны рациональные зёрна и здравый смысл.

— Люди прекрасно видят, как человек, попавший в сферу политической элиты, очень быстро меняет окраску и становится моральным уродом. Эти ребята, не успев получить депутатский мандат, тут же встраиваются в «вертикаль власти», начинают разъезжать на дорогих автомобилях, быстро забывают про обещания и уже начинают защищать интересы не тех, кто их избрал, а своего круга. Мы видим эти довольные лица выступающими с пламенными речами по телевизору, потом узнаём про их квартиры, дворцы, яхты. У кого-то на побережье Испании, у кого-то в Италии и Майами. За рубежом уже существуют целые русские районы, облюбованные российской политической элитой. Ткни пальцем в такого записного государственника или патриота и выяснится, что его дети учатся и живут за рубежом. И сами они предпочитают лечиться и отдыхать там же. Вот и вся любовь к родине. А как же так получилось, Степан Степанович, что вы не вписались в этот сценарий и стали оппонентом существующей системы?

— Это мой сознательный выбор. Когда томичи меня избирали народным депутатом СССР, я давал публичное обещание: с чем (квартирами, машинами и прочим) вошёл в большую политику, с тем и выйду. И пока я был депутатом, это обещание довлело надо мной. Мне было важнее быть перед людьми обязательным и честным, чем использовать конъюнктуру для самообогащения.

А в оппозицию к нынешней системе я начал становиться уже в 1991–92 годах, когда мне пришлось перестать доверять этим умникам (Гайдару и Чубайсу), и я был вынужден самостоятельно разбираться с тем, что происходит. Стал посылать доклады Ельцину, обращая его внимание на тот ужас, который творился по стране. После неудачных попыток открыть глаза всему этому гайдаровскому сообществу и заставить их думать иным образом, я окончательно сделал свой выбор и пошёл дальше своим путём. Поэтому те заманчивые возможности, которые открывались, благодаря моему статусу (стать министром, замминистра, крутить кредиты, устраивать бизнес и прочее), слава богу, меня соблазнить не смогли. Но свой долг перед семьёй и детьми я выполняю, хотя иной раз приходилось работать на пяти работах. У меня четверо взрослых детей, младшая дочь только что поступила в университет. Третья дочь в аспирантуре в Германии после окончания МГУ. Двое старших уже кандидаты наук.

— Чтобы в нашей стране решительно встать в оппозицию к властям, надо иметь определённую долю безрассудства либо смелости. Жизнь тех, кто бросает вызов системе, очень быстро превращается в ад. Испытываете ли вы на себе какое-либо давление со стороны властей?

— Конечно. Простой пример. Когда в 2013 году я опубликовал доклад о фальсификациях на выборах в Государственную Думу, то стал безработным. Начался большой скандал, и я разом потерял все три мои должности. Ректор МГУ академик Садовничий мне тогда говорил: «Признайтесь, что вы сделали ошибки в своих расчётах». Конечно, можно было покаяться, отползти в тень, отсидеться и сохранить свою работу. Но я не стал этого делать.

— В подобных ситуациях большинство людей идёт на попятную либо вообще стараются не лезть на рожон. А можно поподробней, о каком докладе идёт речь?

— Это доклад о математической реконструкции массовых фальсификаций, организованных на государственном уровне во время избирательной кампании в Государственную Думу 2011 г. и на выборах Президента 2012 года. В 2016 году мной опубликован второй такой же доклад. В нём с применением математического аппарата реконструируются истинные результаты прошедших голосований. И итог такой: согласно расчётам, ныне действующая Государственная Дума имеет в своём составе 209 уголовников. Это члены всем известной партии, которые «избраны» с нарушением целого пакета статей Уголовного Кодекса.

— Но это же не ваше утверждение, а таковы расчёты?

— Это не моя прихоть, такие результаты даёт математика — статистический анализ и чёткие математические приёмы и формулы. Эти результаты были перепроверены не один раз. Проанализированы избирательные кампании 2011-го, 2012-го, 2013-го и 2016-го годов.

— А в суд за публикацию этих докладов на вас ещё не подавали?

— Пока в суд на меня никто не подавал. Было бы забавно посмотреть на попытку обвинителей заняться верификацией итогов прошедших голосований на асимптотах. Хотя я прекрасно вижу тот беспредел, что сегодня творится в системе российского правосудия. Мне уже приходилось участвовать на стороне защиты в нескольких судебных процессах. В деле полковника ГРУ Владимира Квачкова, которого сначала обвинили в покушении на Чубайса и после трёх лет заключения оправдали, а впоследствии снова осудили на 13 лет колонии строгого режима — «за организацию вооружённого мятежа в России и терроризм». В деле популярного тюменского блогера Алексея Кунгурова, которого приговорили к двум годам колонии-поселения за критическую статью по событиям в Сирии. В деле четвёрки «Мухин, Барабаш, Соколов, Парфёнов», осуждённых за намерение провести референдум «За ответственную власть». Подобные процессы я считаю наглядной демонстрацией кривосудия. Мне это уже начинает напоминать практику 1937 года, когда фабрикуется дело и подшиваются ложные доносы и свидетельские показания.

— Не боитесь? Осознаёте, что и вас тоже однажды могут закатать в асфальт?

— Боюсь. Осознаю.

— И что? Выбор сделан окончательно?

— Бывают обстоятельства, что по-другому просто невозможно. Что-то или кто-то не позволяют поступать иначе. Вот на стене рядом с рабочим столом висит фотография моего отца, который в 1941-м воевал под Москвой и был весь искорёжен немецкими осколками. А мама в это время здесь на военном заводе трудилась, добровольно отказавшись от эвакуации и едва не погибла-военный завод взорвали. Наверное, то же самое и моих родителей заставляло в тот трудный для страны период делать свой выбор.

— Чем занимаетесь в настоящее время?

— Я являюсь генеральным директором Центра научно-политической мысли и идеологии. Вместе с коллегами мы здесь занимаемся анализом текущей обстановки и различных социальных процессов, делаем научные, прогнозные работы. Занимаемся социальным проектированием, разрабатываем законы. Вот, например, у меня сейчас в руках пакет законодательной инициативы по принятию федерального закона о политической ответственности публичных должностных лиц в Российской Федерации. Кстати, это та самая тема, за которую Мухин, Барабаш, Соколов и Парфёнов получили сроки. Мы разработали этот закон под ключ. На нём не хватает лишь подписи президента. Речь здесь идёт о том, что любой депутат, мэр, губернатор и даже президент будут отвечать перед избирателями за свои обещания. За результаты своей деятельности. Вот такую обратную связь мы предлагаем. Сегодня в России нет никакой ответственности за качество управленческого труда, и элита в штыки воспринимает любые попытки навести в этой сфере порядок. Мы знаем, как это решить и разработали уже готовый закон, осталось его принять.

— Есть ли поддержка среди депутатского корпуса этого закона?

— Вы смеётесь, что ли? За последние несколько лет были разосланы тысячи экземпляров этого и подобных закона, но был получен всего один-единственный ответ. От Починка. И тот уже умер. Это же Едроса! Это же ее клоны! И клоуны.

— Степан Степанович, в вашем кабинете огромное количество различной литературы. Судя по обложкам, всё это издано вашим центром. Возникает вопрос об источниках финансирования.

— Это не просто какие-то издания, а самые настоящие научные исследования, которые мы проводили и проводим. Над некоторыми исследованиями работали коллективы до 100 человек. Что касается источников финансирования, то много лет мы зарабатывали на научных подрядах, выигрывали тендеры в министерствах. Например, на разработку закона об организации городского внеуличного транспорта. Или закона о метро, о транспортной безопасности и прочее.

— Если министерства заключают с вашим центром договора, значит, у вас имеются квалифицированные специалисты, способные разрабатывать адекватные законы по различной тематике?

— Конечно. Мы этим занимаемся профессионально.

— Жизненный опыт учит, что если где-то возникает какая-то активность, то за этим, как правило, стоит какая-то сила и чьи-то интересы. Например, про тех же экологов и представителей внесистемной оппозиции часто любят говорить, что это пятая колонна, агенты госдепа и прочее. Спрошу прямо: вас кто-то поддерживает из-за пределов страны?

— Могу сказать совершенно определённо, что всё, что мы здесь задумываем, делаем и в итоге получаем — мы выполняем исключительно своими собственными силами. Ни одной ниточки, за которую кто-то мог бы дёргать и управлять лично мной и нашей деятельностью, вы не найдёте. Никаких зарубежных грантов мы не получаем.

— Вы же понимаете, что при такой жёсткой позиции и активной деятельности, ваш центр находится под пристальным наблюдением властей. Вам ещё не пытались выворачивать руки? Например, тема экстремизма сейчас очень популярна у наших правоохранительных органов, чтобы затыкать рот неугодным.

— Совершенно точно есть информация, что за нами внимательно наблюдают. Что в дальнейшем намереваются делать, мне об этом пока ничего не известно. С другой стороны, мы работаем совершенно открыто и абсолютно прозрачно. Мы же выступаем не против государства, а против недееспособного, провалившегося политического режима. Во имя усиления государственности России.

— Какова ваша личная жизненная философия с точки зрения модели жизнеустройства общества?

— Я оптимист. Или оптималист. От слова оптимум, оптимизация, оптимальный. У меня несколько серьёзных работ. На основании одной из них разработан проект, который называется «Нравственное государство». Этот материал опубликован, его можно найти в интернете. А сейчас я редактирую новую работу нашего центра, которая носит название «Государство справедливости». И эта работа начинается с теоретической научной проработки, в которой делается попытка ответить на такие фундаментальные вопросы, как: в чём смысл жизни; что такое сознание человека; каков человек истинный. И не надо думать, что это совершенно тривиальные вещи. Задам только два вопроса: что такое нравственность и что такое справедливость? Пусть каждый попробует ответить самостоятельно. А потом ответьте себе, как построить государство и общество, чтобы эти принципы стали императивами. Абсолютно непростые задачи.

У сложной социальной системы свои законы существования и их надо понимать. Вот либералы и режим путинизма нам сейчас что предлагают? Возвращаться в джунгли, в социал-дарвинизм. В пищевую цепочку под условным лозунгом: «Если у тебя есть деньги, сила и административный ресурс, ты будешь победителем, ты выживешь. А вы там, быдло, то ли выживете, то ли нет — нам не важно». На этом основании они государство путинизма построили. С этим я согласиться не могу. Возникает вопрос, а что можно предложить взамен? Поскольку общество разное, интересы различных социальных групп конфликтуют (селяне-горожане, женщины-мужчины, молодые-старые, курящие-некурящие и прочие), то всегда существует многофакторное пространство принятия управленческих решений, чтобы добиться для всех максимально возможного блага. Это и есть задача оптимизации. Мы нашли подходы для её решения. Это наше ноу-хау. Сейчас наши работы переведены уже на восемь языков и рассылаются по миру. На их основании создан Большой проект преобразования России и предложения миру. С ним мы идем на выборы президента России.

— Что собираетесь делать дальше?

— Первое, спасти Россию от развала. Мы этот развал прогнозируем, сейчас всё идёт к нему. И второе — переустроить нашу страну так, чтобы она стала нравственной, настоящей, доброй, справедливой. И как естественный шаг — это нацеленность на март 2018 года, когда состоятся выборы президента. Попытаемся сделать всё возможное, чтобы попасть в бюллетень для голосования. Хватит ли у нас сил и ресурса — большой вопрос. Но мой отец в 1941 году, вылезая из окопа навстречу врагу, тоже не знал, хватит ли им сил защитить страну. Наши отцы просто делали своё дело, и в итоге они — победили.



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
578
3836
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика